На лбу у него появились вертикальные морщинки в сантиметр глубиной.

- О чем это ты, красотка? - отдернув руки, злобно и подозрительно спросил он.

- В двух словах: ты, кажется, считаешь, что секс существует не для продолжения рода или взаимной радости двух существ. Ты, кажется...

Точь-в-точь, как герои его книг, он выхватил из перчаточного ящика огромный револьвер. Я мгновенно поднялась на свои нижние щупальца (сейчас у них был вид красивых женских ног). Он приставил дуло к моей диафрагме.

- Именно это я и имела в виду, Красавчик... - только и успела я сказать до того, как моя необычайной красоты диафрагма стала брызжущим красным месивом.

Я перекувыркнулась спиной через борт машины и распласталась на мостовой - привлекательный труп с задранной юбкой.

Победно фыркнув, машина тронулась с места, но я, для большего удобства вернув своей руке ее подлинный вид щупальца, крепко ухватилась за задний бампер. Миг - и я на него подтянулась и там, используя воздух и краску на багажнике как материалы, восстановила свою диафрагму, а потом сделала себе из хрома с бампера шикарное вечернее платье из серебристой парчи.

Машина остановилась у бара. Красавчик вылез из нее и вошел в бар. Я влезла в машину через сложенный верх и плюхнулась на сиденье.

Наконец двери бара распахнулись и тут же закрылись снова. Послышались шаги. Я удобно откинулась на сиденье; обтянутые серебристой тканью, мои молочные железы выглядели очень эффектно.

- Привет, Красавчик, - сказала я с нежностью (для того, чтобы ослабить по возможности шок).

Но шок все равно оказался очень сильным. Потом с наивностью, которая меня даже тронула, он спросил:

- Э-э... у тебя что, есть сестра-близнец?

- Возможно, - сказала я, пожимая плечами, отчего мои молочные железы восхитительно задвигались.

- И что ты делаешь в моей машине?