Сладко потянувшись и зевнув, Макс подошёл к багажнику, и надавив пальцем на замок, поднял дверцу. В багажнике помимо чемоданчика с инструментами и запаски, стояли два картонных ящика. Он полез в один из них, и вытащив пол-литровую бутылку, принялся её разглядывать. Этикетка заявляла, что внутри бутылки находится водка «Столичная», хотя Макс знал, что ничего кроме дешёвой палёнки там быть не может. Цена в пятнадцать рублей оптом говорила сама за себя. Качество у пойла было ещё-то.

— Опачки, — Пашка улыбался, выходя из двора и закрывая калитку. — Пойла до фига, короче.

— Не до фига. Два ящика всего.

— Значит один пузырёк можно приватизировать, — сказал Пашка, подавая Максу большой пластмассовый ящик.

Макс взял ящик и боком засунул его в багажник.

— Только одну, — недовольно ответил он. — Ты чё её, сейчас прямо решил опробовать?

— А чё тянуть? — Пашка скривил изумленную мину, словно его приятель сказал только что самую несусветную чушь.

— Ладно, держи, — Макс отдал бутылку с суррогатом кривляющемуся другу. — Ты хоть не спеши.

— Да ладно, мы по чуть, — уверил Пашка, и обойдя машину, открыл дверцу.

— И куда попрём? — спросил он, глядя, как Макс закрывает багажник.

— В сторону Сотников поначалу, а там посмотрим.

Усевшись в машину, Пашка закурил, аккуратно положив бутылку под ноги. Макс завёл двигатель, и друзья покатили навстречу новой авантюре.

Провинциальный городок диктовал свои условия жизни. Точка на рынке не давала солидных денег, хотя на жизнь Максу хватало. И не только на свою, но и на вполне нормальную жизнь своей, три года назад случившейся жены. Да и не в деньгах, наверное, было дело. Просто иногда становилось скучно сидеть за прилавком, показывать и продавать товар, получать деньги, давать сдачу, от рыночного однообразия ему иногда хотелось волком выть. И тогда он придумывал разные, вроде как, побочные виды заработка.