– Тогда спасай. Надо срочно заменить Тылпахаша.
– Сейчас приеду!
Какой прекрасный выход из положения! Сбежать, немедленно сбежать!
– Нол, солнышко, мне придется вернуться в управление, – сообщил он напарнице. – Все уже перепились, а дежурить вместо Тылпахаша некому. Ты же знаешь, что отказаться я не могу, – оправдывался Эрин, поспешно накидывая пальто. – Ты тут развлекись без меня. Все-таки праздник. Все! Я убежал!
Невинный чмок в макушку, и ап-Телемнара тут же след простыл.
В благодарность за спасительный звонок Эринрандир купил ворлоку-ре-конструктору томатного сока. Купил бы и хорошей колбасы на бутерброды, но магазины были закрыты. Столь своевременного дежурства эльф не мог упомнить. Никаких соблазнов, никаких левых мыслей, никаких страстей. Хватит с него интима и уединения за счет чужого страха и недоверия. От праздников и безделья одни только проблемы.
Но на всякий случай Эрин все же позвонил Леготару:
– Тар, намекни Дзиру, что Нол сидит в «Лепреконе» одна… Да! Я еду в управление. Отбой.
Эльфу совершенно не хотелось, чтобы девушка возвращалась домой в одиночестве. Пусть лучше с Дзиром или кем-то из его веселых парней, чем с подозрительными во всех отношениях незнакомцами.
Что скажет мама?! Это была моя вторая мысль. Первую – что сделает папа? – я даже додумывать побоялась. Приступ этого страха буквально парализовал меня, очень вовремя удержав от… хм… полного растворения в… процессе. Да. Я действительно была очень близка к тому, чтоб окончательно потерять голову и натворить… или не натворить? Короче, я запуталась совершенно. Эта внезапная страсть, еще более неожиданная на фоне привычной уже сдержанности… Я не понимала, что все это значит. Честно. Зато прекрасно понимала другое – я не могу себе этого позволить, и неважно, чего там хочется мне… нам обоим. Не могу – и все. И дело совсем не в моей репутации… не только в моей. Если об этом узнают… если хоть малейший намек на сплетню просочится… ну хотя бы в прессу… Моя мать слишком известна своим нравом, и принципиальностью, и резкостью позиции и высказываний.