– Ванда, вы… – Теперь я был смущен не на шутку. – Ну конечно, я сейчас пойду. Только прошу, закройте за мной дверь на замок и никого не пускайте, пока я не вернусь.

– Хорошо, Ларри! – Она смотрела на меня с надеждой. – Вы действительно настоящий мужчина!

– Конечно, милая! – Я ободряюще улыбнулся ей. – Если кто-нибудь еще бродит там, то он горько пожалеет о своей глупой выходке!

Говоря все это, я решил, что поступлю следующим образом: вернусь в свою комнату, где мы с Борисом разопьем еще пару стаканов, а затем явлюсь к Ванде и скажу ей, что ничего не обнаружил. Однако, обманывая ее, я понял, что обманываю ребенка, и вздрогнул, представив, как она начнет благодарить меня за мой мужественный поступок.

– Я пошел, – решительно сказал я, – и вот что, Ванда, если вы услышите чей-нибудь крик, не беспокойтесь обо мне.

– О, Ларри! – Она внезапно наклонилась ко мне и поцеловала меня в щеку. – Вы изумительны! Но вы там будете не один.

– Что? – с тревогой спросил я.

– Я буду стоять у окна. – Ванда улыбнулась. – Когда вы подойдете к нему, дайте мне знать, что все в порядке.

– Я махну рукой.

– Идите, я буду следить за вами. – Она проводила меня до дверей, держа за локоть.

«Вот так, – думал я, шагая по коридору, – подорвался на собственной мине». У меня не было другого пути, кроме пути в кромешную темноту. Я лихорадочно искал выход, и мой мозг, мозг телевизионного писателя, нашел его. «Действительно, – обрадовался я, – почему бы мне ни пригласить Бориса на поиски лодки, о которой он так только что мечтал? Если неподалеку бродит какой-нибудь безумец, то он в первую очередь ударит его».

Борис находился в глубокой меланхолии, когда я вошел к нему в комнату.

– У меня изумительная идея! – сказал я. – Чем терять время на постройку лодки, проще найти готовую.

– Что за вульгарная мысль! – Он пожал плечами. – Вы предлагаете мне, Сливке, сыну великого князя, стать каким-то матросом? О нет, сперва я встречу опасность лицом к лицу!