Силик фон Гнорь во всем был безудержен. Если он ел, то сметал со стола все; если ругался, то конфликт заканчивался дракой; а если чего-то хотел, добивался обязательно и непременно. Глядя на Сила, губастого и носатого, с крупными чертами лица, никто бы не сказал, что в нем течет благородная кровь фон Гнорей. Того, что Сил с Кирпом родные братья, посторонний наблюдатель не смог бы и предположить. Одет Силик был просто. Рабочий комбинезон бордового цвета с заплатками на коленях и просторную клетчатую рубаху с закатанными рукавами он снимал, только когда ходил в церковь Святого Дракулы. Однако проповедям преподобного Лудца второй сын графа фон Гноря придавал куда меньше значения, чем работе на скотном дворе. Даже помывшись и натянув на себя неудобные узкие штаны и тесный в плечах пиджак, Силик фон Гнорь не мог избавиться от запаха навоза. Да он и не стремился к этому, порой посмеиваясь над брезгливо сморщившимися прихожанами, которым приходилось сидеть рядом с ним на длинной церковной скамье.

— Смотри-ка, автомобиль, — улыбнулся Кирпачек, зная, что вопрос задавать не придется. Сейчас Сил выложит все. Расскажет, откуда взялся единственный в этом захолустье мобиль и о том, как к небывалому новшеству относятся закисшие в провинциальном патриотизме чертокуличинцы, считающие, что нет транспорта лучше, чем кентервильское порося. Интересно, сколько раз Силу пришлось скандалить с отцом, чтобы выбить разрешение на покупку, нарушившую вековой чертокуличинский уклад жизни?

— Кирп, да что там мобиль! — кричал брат, лихо выворачивая руль то вправо, то влево. Автомобильчик легко проходил крутые повороты засыпанной мерцающими камешками дороги, проскакивал через оставшиеся после ночного дождя лужи, подпрыгивал на ухабах и рытвинах. — Гранит выпросил у отца телевизор, не поверишь, — жуткохрусталический! Такой экран — закачаешься! Все как живое показывает! Ты же знаешь, Гран — папин любимчик, он и мне очень помог.