— Конечно. Ведь здесь же есть другой продавец.

Я посмотрел в его сторону. Гулик и негр по-прежнему стояли около машины.

Я сел рядом с миссис Харшоу, и мы поехали.

— А что это за старье? — поинтересовался я.

— Одна из обязанностей нашего клуба состоит в собирании макулатуры и старой одежды. Мы складываем все это в старом магазине мистера Тейлора, и каждые два-три месяца старьевщик забирает эту макулатуру. А что касается одежды, то мы раздаем ее беднякам.

Мы проехали мимо банка и свернули в поперечную улицу. На углу находилась булочная, а немного подальше закусочная для негров.

Машина остановилась на правой стороне улицы перед одноэтажным зданием. По обе стороны здания были пустыри, поросшие сорной травой. На здании висела вывеска, на которой с трудом можно было разобрать, что это был магазин скобяных товаров Тейлора. На двери висел замок. Миссис Харшоу раскрыла сумочку и стала искать ключ. Потом вышла из машины и направилась к багажнику.

— За один раз все не унести, — сказала она.

Я заглянул в багажник. Там было два больших пакета макулатуры и много старой одежды. Были даже одеяла.

Я ухитрился забрать почти все, взяв пакеты в руки, а одеяла сунув под мышки.

— Вы мне ничего не оставили, — сказала она с улыбкой.

Мы вошли в магазин, где, кроме прилавков и пыльных пустых полок, ничего не было.

— Надо подняться наверх. — сказала она.

Лестница находилась в глубине помещения. Все окна были закрыты, и жара была удушающая. Пот тек по моему лицу. Наконец я поднялся наверх. Такого количества старого хлама я еще никогда и нигде не видел: сломанная мебель, тряпки, макулатура, старая одежда. Инспектора противопожарной охраны сразу бы хватил инфаркт, если бы он попал сюда. Достаточно было поднести спичку, и все это вспыхнет ярким пламенем.

— Что вы сказали? — вдруг спросил я, неожиданно отдав себе отчет, что она обратилась ко мне.