Какая зверюга… А какие у нее глаза… Желтые. Нет, скорее, зеленые. Киска, нет, киска, не ешь меня! Я — хороший! У меня в детстве был кот, я его любил, зараза! Взлетаем! Четыре, три, пуск! Под крылом самолета призывно поет зеленое море…

Какие-то морды, раскрашенные красками, извивающиеся тела….И снова я парил над долиной Амазонки, падая камнем вниз. Пока не проснулся с жуткой головной болью часов около четырех утра.

— Ну и жидкость, — мне было нехорошо, а самое противное, не оставляло ощущение полной реальности происходившего, я даже осторожно потрогал свою шею, с облегчением убедившись, что она не раздваивается. — И все это с одной маленькой рюмки. Жень-Шень, мать вашу, так еще и гербом станешь! — Я решительно взял бутылку, и вылил ее в раковину. — Да я их засужу, почему-то идея мести овладела мной той ночью. — Где этот чек? — Я судорожно начал шарить по карманам. — Они не имеют права продавать такие жидкости. Или, хотя бы, предупреждать надо. «Первозданная свежесть», маму вашу! А если бы я выпил две рюмки? Да я бы наверняка помер! — Нет, где же этот чек? — мне стало неспокойно, тревожно, почему-то я был убежден, что стоит найти эту бумажку, как жизнь сразу улучшится.

Скомканный чек, наконец, был найден в мусорном баке, и тут я осознал, что вылив жидкость в раковину, совершил непростительную ошибку. — Как же они сделают химический анализ, — расстроился я, — пойди им теперь докажи что к чему, — и от расстройства тут же уснул.

На следующий день я почувствовал себя лучше, и уже начал забывать об этом досадном эпизоде, но через пару дней мы с Патриком решили сделать вылазку в английский бар.

О Патрике — разговор особый. Он — мой коллега по работе, сидит в соседнем «кубике». Кроме того, он — ирландец и холостяк. Эти два последних обстоятельства роднят нас, двух в меру интеллигентных мужчин в полном расцвете сил, оказавшихся на чужбине. Вообще я заметил, что ирландцы, как и русские, обладают повышенным чувством юмора, некоторой дикостью характера, общей дружелюбностью, а также обожают вечеринки, на которых часто надираются и дебоширят.