И вдруг все закончилось. Вернее начался ужас,закончившийся всеобщей пустотой и ненавистью. Однажды, возвратившись из школы, мы не нашли своих любимцев в палисадничке под окнами дома. Сначала мы решили, что наши враги применили старый прием: увели собак в другие районы города и там бросили. Мы хихикали, предвкушая вопли кошачьих хозяек, когда наших любимцев вернут. Ведь у ребят других районов Коломны были те же проблемы, что и у нас. Пройти по чужой улице было чревато тяжкими телесными повреждениями. Hо собачья конвенция была составлена и утверждена бандами всех районов нашего небольшого городка. И мы сидели, хихикая и смоля подобранные по дороге из школы бычки, пока в окно над нами не высунулась утыканная бигудями голова и злорадно не возвестила, что всех этих блохастых,гавкающих и гадящих БРОДЯЧИХ тварей свели на мясокомбинат, где их переработают на мыло, и что во дворе,наконец, будет покой и порядок. Мы не поверили. Просто не могли себе представить подобной жестокости у кого-нибудь,кроме фашистов из концлагерей. Мы бросились на поиски. Hаплевав на осторожность и благоразумие мы поодиночке (для быстроты и широты охвата) ринулись прочесывать чужие районы и в конце концов, давясь смрадом, собрались у стен мясокомбината. Внутрь нас, конечно, не пустили,но факт доставки на комбинат ПАРТИИ БРОДЯЧИХ СОБАК подтвердили. Говорят, детская жестокость не знает границ. Может, оно и так. Вспоминая себя тогдашнего,я не могу поверить,что все дальнейшее было,и я принимал в нем активное участие. Мы озверели от горя и поклялись отомстить. Через неделю в нашем дворе не было ни одной кошки.