Господин Фейт разжал пальцы и отстранился. Парень вскочил, но рухнул обратно, не сделав и нескольких шагов. Он дополз до ближайшего дерева, волоча раненую ногу, и даже сумел подняться, тяжело опираясь на ствол.

Неудавшаяся жертва налета вложил рапиру в ножны и бесшабашно тряхнул головой, принимая какое-то решение.

Всякое сопротивление было безнадежным: негаданная подмога уже приблизилась, выкрикивая приветствия, а никто из подельников не шевелился.

— Не подходи! — выкрикнул мальчишка: судя по всему, даже безоружный, он готов был впиться в горло каждому и зубами, но смотрел только на осторожно приближающегося мужчину, демонстрировавшего ему пустые руки.

— Я не собираюсь тебя убивать! Позволь посмотреть твои раны — если тебя не перевязать, ты истечешь кровью!

— Не подходи, — простонал парнишка, чувствуя, как съезжает по стволу вниз, и отчаянно борясь с беспамятством.

Когда странный незнакомец снова наклонился над ним, он последним усилием попытался ударить, но только тяжело осел в грязь, наконец потеряв сознание.

— Вы в порядке? — обратился предводитель отряда к уцелевшему пассажиру, который в это время, пожертвовав своим и без того испорченным плащом, быстро и ловко осматривал единственного еще живого члена банды.

Тот только отмахнулся и попросил посветить чем-нибудь. Выглядел он как переодетый принц, да и одежда, хоть и простая, но хорошего качества, а рапира великолепной работы, — оценил герой, — неудивительно, что банда заинтересовалась им. Едет один, они могли подумать, что он выкупил весь экипаж, и рассчитывать на богатую добычу или выкуп. А нарвались на опасного бойца, которого так просто не испугать.

— Кевин, — назвался герой, когда с первой помощью было покончено.

Щека у него была распорота, и вместо ответного представления лекарь протянул ему сложенный кусочек полотна, смоченный в какой-то резко пахнущей дряни.