Ответила ему сама старая грымза:

- А это потому, молодой человек, что вы в своё время не смогли поступить на государственную службу.

Под надзором инспектора пенсионной службы они собрали свои вещи и покинули свои кабинеты. Как только Виктор Борисович вышел из офиса компании, в которой он проработал семнадцать лет, то первым делом выбросил в мусорный ящик весь тот хлам, который почему-то хранил в своём кабинете, забрав себе одну только фотографию жены и детей, которую вынул из деревянной рамочки. Самым обидным для него было то, что никто из его прежних подчинённых не сказал ни ему, ни его заместителю ни единого доброго слова. Избавившись от груза прошлого, он пожал руку Борису Петровичу и сказал:

- Мало мы их дрючили, Боб, и слишком многое им прощали, вот и дождались такого свинского отношения к себе.

Тот лишь молча махнул рукой и пошел к стоянке бимобилей, а Борис Викторович уныло побрёл по тенистой улице, застроенной красивыми, нарядными домами. Его походка, обычно упругая и быстрая, сразу же сделалась вялой и медлительной и он шел чуть не шаркая ногами по тротуару, мощёному керамопластовыми плитами, на которых было невозможно поскользнуться даже в самый сильный ливень. Когда-то, ещё в молодости он продвигал их на рынок вместе с той командой, в которой тогда начинал свою трудовую деятельность двадцать шесть лет назад. Все эти годы он семь часов в день, а чаще гораздо дольше, пять дней в неделю и одиннадцать месяцев в год проводил в офисе, ища и находя способы самого эффективного продвижения на рынок различных товаров и теперь просто не знал, куда ему идти.

Идти домой Виктору Борисовичу совершенно не хотелось и он с тоской вспомнил, что иногда как раз именно это, взять и не пойти в среду на работу, чтобы весь день валяться на диване и смотреть телевизор было его самой большой мечтой. Днём ведь показывали самые интересные кинофильмы и спортивные состязания. Для пенсионеров, разумеется, чтобы они не зверели от безделья. Теперь и он стал пенсионером, а потому должен был сам думать о том, чем себя занять весь день. Виктор Борисович прошел несколько кварталов, пока не увидел билборд, на котором было написано весьма занимательное приглашение: