— Как ты думаешь, отец пришлет за мной в этом году? — Нарушив молчание, принц задал мучавший его в последние месяцы вопрос.

— Нет. — Принцесса вернулась с небес на землю. — Сестра бы сказала.

— А в следующем? — не унимался Маркус.

— Так, это еще что такое? Я тебе надоела? Тебе тут плохо?

— Нет, просто я хочу увидеть отца, дядю, кузенов…

— Если хочешь, съезди к ним ненадолго, да хоть будущим летом. И меня возьми с собой.

— А тебя-то зачем?

— За компанию.

Миновав предместья и вытянувшуюся по струнке городскую стражу, друзья углубились в лабиринт извилистых улочек. Улочек города, до самого последнего камушка знакомого им с детства. Казалось, где бы они ни были, стоило закрыть глаза — и непременно увидишь лавки с выставленными наружу бочками с рыбой, красно-коричневые черепичные крыши, башенные часы над дворцом Совета и, конечно же, главную (и практически единственную) достопримечательность Лиэрны — храм Амандина. Тот самый, мимо которого они сейчас проезжали.

Вокруг храма был разбит сад, в зелени которого затерялся домик жрицы. В детстве друзья не раз тайком играли здесь. Оба были непоседливыми детьми, поэтому то, что другим казалось священным, для них было не более чем красивым местом, где можно и поиграть, и отдохнуть в теньке.

Снисходительно посматривая на почтительно расступавшихся перед ними горожан, Стелла скользила глазами по пестрым вывескам, заглядывала в темные недра трактиров — мест, где ей категорически запрещали бывать.

— Маркус, а какой на вкус эль?

— Горький.

— Слушай, — заговорчески улыбнулась она, — может, ты как-нибудь принесешь мне его попробовать.