Поздравив будущую королеву с взвалившимся на ее плечи наследством, Маргулай тут же предложил снять с нее эту ношу.

— Я не люблю ходить вокруг да около, — сказал он. — Вам это королевство не под силу, отдайте его мне. Корона предназначена для мужских плеч.

Таким незамысловатым образом Маргулай предложил Старле выйти за него замуж; она нашла в себе мужество отказать ему. Он усмехнулся и сказал, что она обязательно передумает.

— Я даю Вам месяц на раздумье. Вам придется выйти за меня.

Королева проигнорировала его слова — а потом начали умирать люди.

— Каждую неделю Вашего промедления я буду убивать по человеку, — написал Маргулай. — Если Вы протянете год, то на следующий люди начнут умирать каждый день в течение полугода, затем я просто начну убивать ежедневно на одного человека больше.

Старла не знала, что ей делать, но была уверена, что выйти за него — значило погубить страну. Колдун не скрывал того, что намерен править единолично и в угоду только своим собственным интересам; Лиэна должна была стать дойной коровой для его богов — Шелока и Марис, прочие боги должны были быть забыты, а храмы их — разрушены.

Маргулай сдержал слово: то из одной, то из другой области начали приходить тревожные сообщения о неожиданных смертях. Они множились, грозя превратиться в лавину. Люди в отчаянье молились Мериаду, но то ли бог был глух, то ли просто не желал вмешиваться в столь незначительное дело, лиэнцы продолжали умирать. Верховный совет требовал, чтобы королева уступила и вышла замуж "ради блага страны", но в этом вопросе Старла проявила твердость.

Через год смерти прекратились, наступило затишье, а после Лиэрны достигли неутешительные вести: север страны перешел под контроль Маргулая и фактически вышел из-под юрисдикции лиэнской короны. Власти предприняли ряд попыток взять ситуацию под контроль, послали в мятежные земли карательный отряд, который сгинул в Лесах черных сваргов. Второй отряд, посланный по следам первого, был в пух и прах разбит новообразованной армией колдуна. Культ Марис, насаждаемый Маргулаем, постепенно расползался все дальше и дальше, стремительно приближаясь к Мандинам.