– Как считаете, встретится нам что-нибудь живое? – спросил Маспик, с сомнением принюхиваясь.

– Вряд ли, – кратко ответил Беллман. – Даже дикие вортлапы избегают Чаур.

– Но в воздухе совершенно четко ощущается влага, – настаивал Маспик. – Это означает, что где-то есть вода; а там, где есть вода, может быть и жизнь – возможно, опасного вида.

– У нас есть револьверы, – сказал Беллман. – Но я сомневаюсь, что они нам понадобятся – разве что встретим соперников – золотоискателей с Земли, – цинично добавил он.

– Послушайте, – донесся приглушенный голос Чиверса. – Вы слышите что-нибудь?

Все трое замерли. Где-то впереди, во мраке, они услышали протяжный невнятный звук неприятного на слух тембра. Он напоминал одновременно шуршание или дребезжание, будто по скальному грунту тянули что-то металлическое, и чмоканье мириадов мокрых, огромных ртов. Вскоре он стал удаляться и стих где-то глубоко внизу.

– Странно это все, – неохотно признался Беллман.

– А что это может быть? – спросил Чиверс. – Одно из тех многоногих подземных чудовищ, в полмили длиной, о которых рассказывают марсиане?

– Ты наслушался слишком много местных сказок, – упрекнул его Беллман. – Ни один землянин ничего подобного никогда не видел. Многие из этих глубоко залегающих каверн на Марсе были тщательно исследованы; и все пещеры, находящиеся в пустынных регионах, подобно Чаур, оказались полностью безжизненны. Не могу представить, что могло издавать подобный звук, – в интересах науки мне бы хотелось спуститься вниз и выяснить.

– Мне становится что-то не по себе, – сказал Маспик. – Но я пойду, если вы оба решитесь.