- Так ты сердишься! - воскликнула она сквозь начавшееся завывание ветра. - Ты сердишься из-за того, что Хронарх не делится с тобой своей властью. А тем временем твоя сестра останется здесь и будет страдать и мучиться.

- Выходи за Мозговитого Гордеца! Ему доверяют и Прошлое и Будущее.

Он направил своего тюленя дальше - через просоленный водоем, навстречу ночи. На ходу он достал из-под седла фонарь, чтобы освещать себе дорогу. Он повернул ручку фонаря, и тот осветил берег на несколько ярдов вокруг. Обернувшись, он на миг увидел ее, застывшую, с глазами, полными ужаса. Она чувствовала себя преданной им.

Ну, теперь я один, подумал он. Сильный порыв ветра обдал его холодом. Он развернул животное, взяв курс на запад, в глубь материка, через соляные скалы. Он ехал всю ночь. Веки сделались тяжелыми, но он все ехал и ехал прочь от этого Ланжис-Лиго, где Хронарх, Властелин Времени, правил Прошлым и Настоящим и смотрел за приходом Будущего, вдали от семьи, дома и города; сердце Хронарха работало на предельных нагрузках, голова буквально полыхала от жара, мышцы тела застывали от перенапряжения.

Мыслитель ехал в ночь, на запад, с горящим фонарем, прикрепленным к седлу. Верное животное чутко прислушивалось к его ласковому шепоту. Он ехал на запад, пока за его спиной не занялась заря и не залила бесплодную землю мягким светом.

Поутру он услышал звук материи, бьющейся на ветру, и, повернув голову, увидел зеленую палатку, поставленную рядом с неглубокой расселиной. Полог палатки и бился под ветром. Он придержал Импульса и приготовил ружье.

На звук шагов тюленя из палатки высунулась голова человека - как черепаха из панциря. У него был крючковатый нос, глаза с тяжелыми веками, рот чем-то напоминал рыбий, капюшон плотно закрывал голову и шею.

- Ага, - сказал Мыслитель в знак того, что узнал человека.