— Но что, если он проиграет на этот раз? Завтра кабинет собирается заключать договор с крулчами! Если его подпишут, наша Гаспера станет рядовой заправочной станцией для крулчского военного флота! А вы, земляне, станете здесь рабами!
— Печальный конец для признанного победителя в словесных сражениях, — сказал Ретиф. — Будем надеяться на то, что завтра он будет в хорошей форме.
2
В убогой комнатке на двенадцатом этаже Ретиф сунул швейцару, который относил багаж землян, толстенькую пластиковую монетку, и тот ушел, испуская какой-то скрежещущий скрип.
— Вот что у гасперов называется «весело насвистывать», — с улыбкой произнес Ретиф, когда дверь за швейцаром закрылась.
Мальвигил, — настоящий здоровяк с усищами, по форме напоминающими руль велосипеда, — огляделся и поставил свой вместительный и набитый битком чемодан на протершийся и замазанный фруктовыми пятнами ковер. Чехол чемодана тоже был порядочно загажен.
— Собственными руками бы придушил того гаспера, который сотворил это с моим любимым чемоданом, — проревел он своим могучим голосом.
Это та толпа на улице, — сказала мисс ля Флам, стройная, рыжеволосая женщина с татуировкой на левой руке. — Это был нам знак о том, что господин посол передумал относительно того, чтобы выручить нас. Я тут как-то столкнулась с этим старичком, взглянула на него и… Клянусь богом, у него стеклышки вместо глаз!
— Знаешь, Сюзи, по-моему, господин Ретиф отлично справился с задачей поселить нас где-нибудь, — сказал здоровяк. — У господина посла достаточно дел поважнее. Он не мог все бросить и идти нас устраивать.
— Лично мне впервые в жизни так не повезло, — проговорил крохотный, — не более трех футов росту, — человечек с пышными бакенбардами, одетый в старомодный сюртук и клетчатую жилетку. Его голос был настолько тонким, что походил на тявканье китайского мопса. — И как это нас угораздило вляпаться с ходу в сложнейший политический кризис?!