- Мы оцениваем население из людей и сержантов на этом острове в двадцать тысяч - плюс еще сколько-то отдельных личностей. Кислорода-то хватит, но из-за того, что здесь дышит так много народу, рост двуокиси углерода может достигнуть опасного уровня в течение десяти дней, если этот воздух не будет обновляться. Как видите, никакая растительность тут не живет достаточно долго, чтобы этому помочь. Отсюда следует наше намерение взорвать данную реальность с помощью энергистических сил.

- Мы и в самом деле должны вам помочь, - сказала Стефани. - Только я понятия не имею, как это сделать. Ни у кого из нас нет такой духовной близости между собой.

- Может наступить время, когда нам понадобится ваш инстинкт, - сказал Сайнон. - Ваша коллективная воля привела нас сюда. Возможно, вы сможете и отыскать путь назад. Часть нашей проблемы в том, что мы не понимаем, где находимся. У нас нет никаких координат для определения места в пространстве. Если бы мы знали свое местонахождение относительно нашей вселенной, мы могли бы ухватиться за какое-то звено, чтобы отправиться назад. Но, поскольку мы не участвовали в переброске острова сюда, мы не представляем себе, как начать поиски.

- Думаю, что и мы этого не знаем, - вздохнул Мойо. - Для нас это просто убежище, место, где нет армии Освобождения.

- Интересно, - заметил Сайнон. К разговору начали прислушиваться другие сержанты, они с жадностью искали любую зацепку, которая могла проскользнуть среди слов раненого. - Так, значит, вы раньше не знали об этой реальности?

- Нет. Не особенно. Хотя, наверное, мы знали, что такое место существует или может существовать. Желание попасть в него свойственно нам, одержателям то есть. Мы хотим жить там, где у нас нет никакой связи с внешним миром и где нет ночи, чтобы напоминать нам о потусторонье.

- И вы верите, что это здесь?

- Кажется, это место соответствует условиям, - кивнул Мойо. - Не мог бы я, конечно, поручиться за то, что здесь нет ночи, - добавил он с горечью.