— Шантор слишком любил свою невесту… она была такой красави-цей. Они ждали долгие годы, прежде чем могли соединиться. Он так любил, так желал ее, что…

Лорд, не отрываясь, смотрел на портрет, и у меня возникло жуткое впечатление, что они глядят в глаза друг другу — через годы.

— …что? — повторила я, потому что лорд Фэрлин молчал.

Словно проснувшись от звука моего голоса, он закончил обыденно:

— …что перегрыз ей горло в первую брачную ночь.

Охнув, я невольно поднесла руку к горлу. Лорд Фэрлин взглянул на меня искоса.

— Иногда я могу его понять.

Я потеряла дар речи. Неужели я вызываю в нем такие же сильные чувства — неприязни, разумеется? Или он просто пытается уничтожить остатки моей симпатии к Бэрину из проклятого рода Фэрлинов?

— Вы что-то побледнели, — произнес он с издевательской заботой. — Это я виноват. Я не должен был пугать вас. Вы ведь все-таки женщина.

Странно, что он все же заметил это. С женщиной не борются таким способом… Зачем пугать того, кто и так дрожит от страха? Я взглянула на портрет за плечом лорда. Шантор нисколько не походил ни на него, ни на Бэрина.

— Значит ли это, — произнесла я, сама того не желая — будто кто-то, гораздо бесстрашней внутри меня удовлетворял свое безумное любо-пытство, — что когда вы превращаетесь… человеческий разум покидает вас? Как это происходит?

— Хотите увидеть? — спросил лорд Фэрлин с такой жадной готовно-стью, что я отступила, невольно восклицая:

— Нет, о, нет! Пожалуйста, не надо!

Лорд тихо рассмеялся. Он напугал меня вновь и не думал скры-вать удовольствия. Он играл со мной, как сытый кот — с мышью. Навер-ное, я оказалась забавной игрушкой. Я опустила глаза, страшась того, что он может в них увидеть.