— Ладно, у нас с вами разговор не об этом. Вы, мне кажется, догадываетесь, для чего я вас сюда пригласила?

— Нет, Виктории Юлиановна, — пробормотал Лев неуверенно. — Хотя… Да, по-моему, догадался!

— Вы один из главных кандидатов в полет, — в один миг развеяла она все его сомнения. — Почти все члены комиссии одобряют вашу кандидатуру. Так что, если не случится никакого форс-мажора, первым пилотом «Триумфа» будете вы. Она говорила что-то еще, про то, что теперь Райскому необходимо особенно строго соблюдать режим и не отлынивать ни от каких процедур и осмотров, но молодой человек почти ничего не слышал. В голову лезли совершенно посторонние, да и вообще какие-то дурацкие мысли: «Где-то теперь Захар, вот бы он обзавидовался! Слышала бы это наша воспиталка из детдома! А что это у Мон на столе стоит? Ее фотография с двумя мальчишками — надо же, вот бы никогда не подумал, что у нее есть дети…»

— Скажите, пожалуйста, а кого вы хотите сделать вторым пилотом? — спросил он, когда сумбур в его голове немного улегся, а координатор закончила свою речь.

— Я думаю, это будет Николай Петров, — ответила она. — Кое-кто из руководства пока еще сомневается, но показатели у него тоже очень хорошие. Лев обрадованно заерзал на стуле. Петрова он помнил — совсем еще молоденький мальчишка, в центр подготовки приехал прямо из университета. Райский часто помогал ему на занятиях, особенно после того, как расстался с Захаром, и Петров относился к нему с нескрываемым уважением, как к непоколебимому авторитету. А космическими полетами бредил еще сильнее, чем сам Райский, так что о совместимости их характеров можно было особо не беспокоиться. Попрощавшись с Викторией, Лев отправился разыскивать своего предполагаемого напарника — раз уж им, возможно, придется вместе лететь на Луну, то неплохо будет познакомиться с ним еще ближе. Но в тот день поговорить с молодым Николаем ему не удалось. Не найдя его ни в комнатах для занятий, ни в спортзале, ни в столовой, Райский отправился в общежитие и, подбежав к его входу, обнаружил там испуганно перешептывающуюся толпу жильцов.