Покончив с подготовкой подопытного номер два, профессор взглянул на Стива — тот уже спал. Доктор Энгельман нахмурился: лекарство не должно было подействовать так быстро.

Он подошел к приборам. Все в норме: пульс, дыхание, активность мозга. Что ж, быть может, он просто устал; перед зачетной неделей многие студенты доводят себя почти до полного изнеможения.

Пришел третий и последний подопытный, и профессор занялся вновь прибывшим. Закончив с ним, снова подошел к Стиву.

К этому времени тот уже вошел в БДГ-фазу. Доктор Энгельман бросил взгляд на часы. Всего полчаса с момента впрыскивания. Видеть сны подопытному еще рановато. Профессор сделал пометку в блокноте, прежде чем выйти из комнаты наблюдений.

— Ну, мистер Уилкинсон, — негромко произнес он, — сегодня вечером вы так и радуете нас сюрпризами, а?

Спящий студент не отозвался.

— Где мы? — строго осведомилась Сьюзен.

— Мы... э-э... не знаю, — замялся Стив.

Сьюзен недовольно фыркнула. Великолепно! Потратить целый семестр, чтобы зазвать ее прогуляться, и так опростоволоситься, когда она наконец согласилась.

Самое смешное, что он даже не представляет, как их занесло в эти неведомые края. И нигде никаких знаков, по которым можно было бы отыскать дорогу обратно в знакомые места. Даже домов что-то не видать.

— А может, ты вовсе не заблудился? Может, это нарочно? — с подозрением поинтересовалась Сьюзен.

Краска бросилась Стиву в лицо. Но не успел он и слова сказать, как в свете фар впереди что-то замаячило. Через пару секунд стало ясно, что это всадник. Вот оно, спасение!

— Возможно, сейчас удастся узнать дорогу, — оживился отчаявшийся Стив. Затормозив, он опустил стекло. Всадник пустил коня легким галопом машине навстречу. Лошадиные глаза жутковато поблескивали в свете фар.

Наконец лицо всадника тоже попало в конус света. Однако он оказался не человеком. На Стива уставились пустые глазницы черепа, обтянутого пергаментной кожей, застывшей в вечном оскале. Конь рванулся вперед, и Сьюзен завизжала.