- Но-но, - перебил Келли. - Вещь-то хорошая.

- Келли решил действовать, - сказал я. - Ты знаешь, он мыслит не как все люди. Сначала он посмотрел сквозь стекло на дальнюю стену бара, потом обошел забегаловку кругом, уперся ногой в угловой столб, подсунул пальцы под лист гофрированного железа, которым была обита стена, и говорит мне: "Я его отогну немного, а ты лезь внутрь и хватай мою фуражку".

- Железо было прибито полудюймовыми гвоздями, - уточнил Келли нарочито серьезным тоном.

- Так вот... - Я ухмыльнулся. - Келли дернул изо всех сил, и вся эта чертова стена обрушилась. В том числе и на втором этаже. Готов спорить, ты в жизни не слышал такого грохота!

- Как бы там ни было, я получил назад свою вещь, - сказал Келли и пару раз негромко хохотнул. - На втором этаже был публичный дом, а единственная лестница оторвалась вместе со стеной.

- Таксиста уже не было, - подхватил я. - Он исчез, но машину почему-то оставил. Келли сел за руль и отвез нас в порт. Я вести не мог. Я смеялся.

- Ты был пьян.

- Ну, разве что совсем чуть-чуть, - признался я. Некоторое время мы не торопясь шли рядом и молчали. Потом, выбрав момент, когда Келли отвлекся, Милтон незаметно ткнул меня кулаком под ребра. Это был достаточно красноречивый жест, и я почувствовал себя довольным. Дружеский тычок доктора означал в том числе и то, что Келли впервые за много, много недель начал улыбаться и даже рассмеялся. Наверное, он уже давно не думал ни о чем другом, кроме болезни брата.

Похоже, мы с доком чувствовали себя примерно одинаково, когда Келли словно дождавшись, пока даже эхо моего рассказа затихнет в отдалении, - вдруг спросил без тени веселости:

- Кстати, док, что у Гэла с рукой?

- Ничего страшного. Думаю, все будет в порядке, - быстро ответил Милтон.

- Но ты наложил шину. Милтон вздохнул.

- Ну хорошо, хорошо... У него три новых перелома. Два на среднем пальце, и один - на безымянном.