Она со вздохом закатила глаза и шагнула ко мне.

- Ну ладно, пупсик, идем пить кофе, и давай не будем ссориться. - Она потянулась к кукле, и мне снова пришлось отдернуть руку.

- Ты должна сказать мне, - надулся я.

- Но это.., личное.

- Вот и скажи, чтобы я знал, как ты ко мне относишься.

- Хорошо... - Она снова вздохнула. - Когда-то я снимала квартиру пополам с одной девчонкой, которая умела делать такие куколки. Она говорила, что, если тебе кто-то разонравился или ты с кем-нибудь поссорилась, надо сначала слепить такую куклу, потом взять волосы или обрезки ногтей твоего дружка и... Вот, допустим, тебя зовут Джордж. Кстати, как твое имя?

- Джордж, - быстро сказал я.

- Хорошо. В общем, я называю куклу Джорджем и начинаю втыкать в нее иголки или вязальные спицы. И все. А теперь дай мне ее сюда.

- А это кто?

- Это Эл.

- Гэл?

- Эл. Но Гэл у меня тоже есть, ты его наверняка видел в ванной. Его я ненавижу больше всего.

- Ага, ясно... - пробормотал я. - А что бывает с Элом, Джорджем и прочими, когда ты втыкаешь в них иголки и булавки?

- Считается, что они должны заболеть. И даже умереть.

- А они...?

- Нет, никто из них не заболел, - сказала Черити совершенно искренним тоном. - Говорят тебе, это просто игра, вернее - не совсем игра, но что-то вроде... Если бы это срабатывало, то, можешь мне поверить, старина Эл уже давно бы истек кровью. Но он по-прежнему жив и здоров, хозяйничает в своей кондитерской.

Я молча отдал ей куклу, и Черити посмотрела на нее с сожалением.

- Честно говоря, мне хотелось бы, чтобы колдовство иногда срабатывало. По временам я как будто даже верю в это. Представляешь, я втыкаю в них иглы, и они просто орут!

- А ну-ка, представь меня своим друзьям! - потребовал я.

- Что?

- Представь меня Элу, Гэлу и Джорджу, - повторил я, пьяно усмехаясь, и, схватив ее за руку, потащил в ванную. Черити раздраженно фыркнула, но подчинилась.