– Ни черта стоящего за последние недели! – Бейли швырнул окурок сигареты на пол. – А тут еще эти проклятые кровопийцы, бросившие меня. Все время проигрываю на скачках…

– Хочешь подскажу тебе кое-что? – Хени наклонился над столом и понизил голос: – Понтиак придет первым.

– Ха! Да этой кляче только карусель крутить в парке!

– Ты ошибаешься, – возразил Хени. – На него потратили десять тысяч, и он совсем неплохо выглядит теперь.

– Я бы тоже прилично выглядел, если бы парни грохнули десять тысяч на поддержку моего здоровья, – насмешливо заметил Бейли.

Блондинка принесла яичницу с ветчиной. Пока она ставила блюдо на стол, Хени глотал слюнки.

– Мне столько же, красотка, – потребовал он, пытаясь обнять ее за пышные бедра. – И еще половину.

Она оттолкнула его руку и улыбнулась, возвращаясь к стойке.

– Вот таких я люблю! – заявил Хени, провожая девушку глазами. – Тут, по крайней мере, имеешь за свои деньги то, что надо. Хотя платишь за одну, получаешь как будто двоих.

– Мне необходимо сделать хоть немного денег, Хени, – проговорил Бейли с набитым пищей ртом. – У тебя нет идеи на этот счет?

– Ничего. В настоящий момент у меня нет ничего на примете по твоему профилю. Но если услышу о чем-нибудь, дам тебе знать. Сегодня вечером у меня серьезное дело – вечерний прием у Блендиша. Я должен дать о нем материал в газету. Заплатят всего ничего, долларов двадцать, но дело стоит того – выпивка бесплатная и ешь сколько влезет.

– Блендиш? Кто это?

– Ты что, с Луны свалился? – удивился толстяк. – Блендиш – один из самых богатых людей в Штатах. Считают, что он стоит сотни миллионов долларов.

Бейли осторожно подцепил яичный желток.

– А я стою всего пять долларов, – поморщился Бейли. – Вот проклятая жизнь! А с чего это ты должен давать о нем материал в газету?

– Не о нем, а о его дочери. Видел ее когда-нибудь? Куколка! Отдал бы десять лет жизни, чтобы отведать ее.