Во время сеанса подопытный дельфин и человек должны быть связаны, спутаны, чтобы не делать резких движений. Виктор затянул себя фалом, осталась свободной только рука, чтобы включать приборы... Я ничего не знала об этом опыте. Когда вбежала в лабораторию на крик Виктора, он катался, связанный, по полу, и вид у него был такой, словно eго кто-то преследует. Я выключила приборы, освободила его от пут. Целый час он не мог успокоиться. На расспросы насилу выдавил из себя: "Нас рвало стадо косаток..." Обратите внимание, он сказал - нас! И до сих пор не признается, что в его мозгу электроды...

Рассказ Иды открыл перед Андреем другую сторону работы, о которой он не подозревал. Надо было поговорить с братом, и Андрей обещал это Иде, хотя заранее знал, что Виктор наверняка от такого разговора уклонится.

Так оно и случилось.

- Ты переутомился, Виктор, - начал Андрей... - Они шли из лаборатории. День сложился неудачно: Сильва повредила проводки электродов на черепе, заболела; Виктор опасался, как бы травма не коснулась мозговых клеток. Было тут не до разговоров.

- Это я уже слышал, - буркнул он на ходу.

- Отвлечься... - настаивал Андрей.

- Махнем, брат, в Сибирь?.. - искоса глянул Виктор на брата.

- Ты человек или автомат? - рассердился Андрей. - Взгляни на Иду...

- Иду я люблю. Но ты не играй на сердечной струне, - запрещенный прием.

- У меня желание, Виктор, вздуть тебя.

- К счастью, я директор исследовательского института... А эмоции, Андрей, они одолевают и меня. Обратная связь - это передача не только зрительных впечатлений, но и эмоций. Стык биологии с психологией...

- Это опасно! В таком деле я тебе не помощник.

- Ида рассказала тебе о косатках? Да, страшновато... Но это надо пройти. Надо же кому-то быть первым.

После таких столкновений Андрей чувствовал себя пристыженным. Он все же понимал брата, втайне оправдывал его. Гибель Сергея оставила в душе Виктора неизгладимый след. Не этим ли и объясняется его предельная самоотверженность в работе?