Машина позади меня резко затормозила, просигналила, и дверь распахнулась. Я вышел из машины, а четыре человека образовали вокруг меня якобы случайный полукруг. Я узнал одного из моих охранников — оперативника Сети, который когда-то возил меня в Йонж-Ноелжфрин. Это было несколько лет назад… Он увидел, что я его узнал и кивнул.

— Они ждут вас, полковник, в апартаментах генерала, барона фон Рихтгофена, — сказал он и отвернулся.

Я машинально кивнул ему и поднялся по лестнице, чувствуя, что меня сопровождает не почетный эскорт, а конвой.

Манфред поднялся, едва я вошел в кабинет. Взгляд его был странным — как будто он был не совсем уверен в том, что перед ним именно я.

— Брайан, я прошу тебя быть снисходительным, — сказал он. — Пожалуйста, садись. Создалось несколько затруднительное положение.

Он озабоченно посмотрел на меня. Это был не тот обходительный, уравновешенный барон фон Рихтгофен, каким я привык видеть его ежедневно, выполняя обязанности начальника одного из отделов Имперской Разведки.

Я сел, отметив про себя продуманное расположение четырех вооруженных агентов в комнате и стоявших молча в стороне еще четырех человек, приведших меня сюда.

— Продолжайте, сэр, — сказал я официально, что соответствовало происходящему. — Я понимаю, дело есть дело. Полагаю, что в свое время вы скажете мне, что произошло.

— Я должен задать тебе ряд вопросов, Брайан, — расстроенно произнес Рихтгофен. Он сел (морщины на его лице вдруг показали, что ему уже почти 60), провел рукой по гладким седым волосам, потом резко выпрямился и решительно откинулся на спинку стула.

— Какова девичья фамилия твоей жены? — выпалил он, словно прыгнул в холодную воду.

— Люнден, — ровным голосом ответил я.

В чем бы ни заключалась эта игра, я решил участвовать в ней. Манфред знал Барбро дольше, чем я. Ее отец служил с Рихтгофеном агентом Империума тридцать лет.