– Ну да. Как от старой одежды.

– Что требуется для этого в первую очередь?

– Что требуется?

– Смотреть правде в глаза, – наставительно сказал Каменир. – Видеть ее во всей ее наготе.

Последнюю фразу он повторил несколько раз, видоизменяя ее на все лады, но постоянно подчеркивая ключевое слово. Это слово было «нагота». А когда Каменир принялся рассуждать о фактах, он настаивал, что дело следует иметь именно с голыми, а не с какими-нибудь другими фактами.

– Усвоила? – строго спросил он по завершении своей маленькой лекции.

– Усвоила, – подтвердила Гала и повторила, как заклинание: – Видеть в наготе. Факты – голые. Избавляться от одежды.

– С прошлым надо кончать, – настойчиво говорил Каменир. – Надо кончать с прошлым. Кончать, слышишь?

– Слышу, – пролепетала Гала.

Ее затвердевшей груди сделалось тесно в чашечках бюстгальтера. Разбухшие фасолины сосков прощупывались даже сквозь грубую ткань свитера. Трогая их, Гала забыла обо всем на свете.

– Не спи! – предупредил Каменир.

– Я не сплю. – Поднявшая глаза Гала послушно захлопала ресницами.

– Прошлое тебя еще тяготит?

– С ним надо кончать.

– Знаешь, как это?

– Ох-х, да-а… – Не в силах вымолвить больше ни слова, Гала скрючилась на диване, заплетя ноги чуть ли не в морской узел. Чем сильнее она стискивала ляжки, тем жарче делалось между ними. Как будто там масло помаленьку растапливали. Да и сама Гала была готова растаять.

Каменир приблизился к компьютеру, установленному в дальнем углу комнаты, включил его и стал ожидать загрузки, то и дело потирая ладони. Но шороха слышно не было. Он тонул в постепенно убыстрявшейся музыке. Зато голос Каменира звучал отчетливо.

– Встань, – потребовал он. – Пора приступать к главному.

– Можно, я сниму свитер? – спросила вскочившая на ноги Гала. Ее коленки мелко ударялись друг об друга, челюсти норовили сцепиться намертво, одеревеневший язык с трудом ворочался во рту.