Но то, что действительно поймало мое внимание, было то, что Менчерес был в окружении восьми мастеров-вампиров. Даже прежде, чем я сошла с лодки, я могла чувствовать их объединенную силу, потрескивающую в воздухе как статическое электричество. Несомненно, Менчерес обычно ездил со свитой, но они были похожи на охранников, а не на мертвых поклонников.

Кости подошел к Манчересу и кратко пожал ему руку.

«Здравствуй, грандсир. Они не могут быть все для вида» — он кивнул ожидающим вампирам — «Я полагаю, у нас неприятности.»

Менчерес кивнул. «Мы должны уехать. Это судно — заявление о вашем присутствии.»

«Смерть» было написано алыми буквами на боку лодки. Это в знак уважения к моему прозвищу, Рыжая смерть, заработанного из-за моего цвета волос и числа убитых мной вампиров.

Менчерес не говорил со мной помимо короткого, вежливого приветствия, поскольку мы неслись от пирса в ждущий черный фургон. Был другой идентичный фургон, в который вошли шестеро из охранников. Когда мы уезжали, тот фургон следовал за нами на близком расстоянии.

«Расскажи мне о твоих снах, Кэт,» сказал Менчерес, как только мы пошли.

Я уставилась на него «Откуда вы знаете об это?»

Кости также выглядели озадаченными. «Я не упоминал это, Котенок.»

Менчерес проигнорировал оба наших вопроса. «Что было в твоем сне? Расскажи очень подробно.»

«Они странные,» начала я, наблюдая как взлетели брови Кости. «Они все с тем же вампиром. Во сне я знаю, кто он. Я даже могу услышать себя, произнося его имя, но когда просыпаюсь, то не помню его.»

Если бы я не знала его лучше, то сказала бы, что Менчерес выглядел встревоженным. Конечно, я не была никаким экспертом по нему. Менчересу было более чем четыре тысячи лет и он потрясающе скрывал эмоции, но его рот, возможно, выдал его. Или это была только игра света.