Вот тут-то и происходило то, с чем часто сталкивались в древние времена танкисты. Даже крупнокалиберные снаряды и мощнейшие сгустки плазмы не могли пробить защитный корпус боескафандра, но энергия их ударов была такова, что осколки силового скафандра и обрывки скафандра жизнеобеспечения пронизывали соплю и впивались в тела бойцов, словно острые ножи. Оба скафандра уже через пару минут восстанавливались, рану затягивал, словно пластырь, гигиенический скафандр, но она от этого не переставала быть раной. Поэтому-то тела диверсантов и покрывали шрамы и всё из-за того, что они, благодаря отвратительной работе разведчиков-землян, слишком часто попадали в засады. Разведчикам то и дело били за это морду, но они только утирались и разводили руками, сетуя на несовершенство аппаратуры наблюдения и то, что система невидимости у них ни к чёрту, а потому они не могут подобраться к объектам врага поближе. Ледарийцы работали намного лучше и практически никогда не подставляли их под удары врага.

   Думая о том, что на этот раз ему предстоит лететь куда-то с ледарийцами, капитан космического спецназа пристроил в нагрудный контейнер-карман Яшку и вошел в сборочный бокс. Он был в ангаре самым большим. В нём Алексей вставил ноги в бронебутсы, стоявшие посередине, и процесс сборки защитного боескафандра начался. Манипуляторы стали обвешивать силовой скафандр щитками из наноброни, одновременно герметизируя швы. Когда сборка защитного боескафандра завершилась, Алексей сделался похож на чёрную, блестящую гориллу со здоровенным ранцем-шкафом, битком набитом оружием, боеприпасами и диверсионным оборудованием за спиной. Завершилась же сборка боескафандра тем, что на него был опущен сверху громадный, прозрачный шлем, похожий на корзину. Однако, на этом облачение в боевой кокон не закончилось. Последним штрихом явилось то, что на боескафандр, воспаривший над полом, была надета маскирующая наносфера, состоявшая из миллионов синеватых жгутиков, окачивающихся крошечными зонтиками, похожими на укропные.