— Конечно, Дин, конечно. — Калинов помолчал, собираясь с мыслями. Видите ли, в чем дело… Вчера ко мне обратилась одна дама и пожаловалась, что ее сын каждый день куда-то исчезает, причем, как она сказала, его вообще в этот момент нет на Земле. Я, разумеется, счел все это чепухой, но дама эта так просила, что отказать я ей не сумел… — Калинов помялся. Короче говоря, я подбросил ее сыну рубашку, в пуговицу которой был вмонтирован видеорекордер…

— О-о-о, коллега! — Паркер неодобрительно покачал головой.

— Да-да, — согласился Калинов. — Мои действия, разумеется, являются откровенным нарушением закона, но что мне оставалось делать?.. Она уверила, что расспрашивать сына о чем-либо совершенно бесполезно… В общем, рисковать я не стал.

— И что вам удалось подсмотреть в замочную скважину?

Калинов поморщился:

— Да ничего! После того как парень набрал индекс, сигнал рекордера исчез. Кстати, кредитной карточкой парень не пользовался.

Паркер удивленно поднял брови. Калинов продолжал:

— Он отправился из джамп-кабины около своего дома, но ни в одну из других кабин на Земле не прибыл.

— Сказки бабушки Арины, — прогудел Паркер. — И где же вы его обнаружили?

— Во Внеземелье он, кажется, тоже не появлялся: я проверял по своим каналам…

— Ничего удивительного! Туда с помощью кабины не попадешь.

— Да, я знаю… Парень вернулся через шесть часов в целости и сохранности, правда, без рубашки и, следовательно, без рекордера, но зато с вполне различимым фонарем под левым глазом. Полагаю, это доказывает, что в нуль-пространстве он не растворялся. Такой фонарь можно заработать, только находясь в контакте с физически ощутимой силой.

Губы Паркера тронула недоверчивая улыбка.

— К счастью, — продолжал Калинов, — я успел проконтролировать индекс, которым он воспользовался перед исчезновением из джамп-кабины.