Они прошли мимо друг друга нарочито равнодушно. По крайней мере, Манго. Он оторвал взгляд от покрытой рябью поверхности воды, которую только что внимательно изучал, и посмотрел на башню страховой компании «Сит-Вест» на западном берегу. Зеленые цифры на ее крыше показывали шесть часов пятьдесят девять минут и шесть градусов по Цельсию. Но часы на северной стороне апсиды

Туман, окутавший величественный собор, опустился на могилы, и он, как прекрасный дворец, приснившийся во сне или пригрезившийся в мечтах, парил над землей. Два его шпиля и восточный, с ликом святого, фасад, казалось, вознеслись к небесам.

Бой часов вызвал у Манго дрожь по всему телу. Дорога сбегала с моста прямо под стены собора, в раскрошившемся камне которых Манго разглядел выпуклые лица фантастических горгулий. Высоко над ним они усмехались, гримасничали и кривили рты в смертельной агонии. Казалось, лица внезапно выплывали из тумана и как будто стремились прикрепиться к телам средневековых людей, внимательно следивших за прохожими с высоты каменных стен. Манго затряс головой: «Никаких видений! Здесь нет ничего, здесь никогда ничего не было. Надо убираться отсюда поскорее. Бегом. Я же неплохо бегаю».

2

Внезапный холод заставил Джона Гриви застегнуть «молнию» на куртке, не из черной пленки, а из темно-синей кожи, блестящей под дождем. Куртка принадлежала его жене и раньше вряд ли бы ему подошла. Но за последнее время он сильно похудел, а плечи и прежде были узкими. Он надел куртку, потому что она носила ее, потому что куртка была одной из немногих ее личных вещей, еще остававшихся у него.