- О, демоны подземные! - не сдержался Чженси. - Что еще готовит нам этот год?

- Это еще не все… - седой таку-шангер остановился.

- Продолжай, старый друг.

- Вместе с ними летела их дочь, Орики. Она тоже погибла.

На Хёгу-шангера было страшно смотреть. Жизнь летит серой пылью по холодному ветру, и яд не заставит себя ожидать.

- А сын?

- Сын оставался в городе. Полагаю, его сейчас возводят в должность главы клана.

Чженси кивнул.

- Мы можем связаться с ним и высказать свои соболезнования?

- Уже сделано. Мы по неофициальным каналам послали соболезнования от Шангаса при Водоеме и от Управления полиции. Думаю, все дэйзаку присоединятся с минуты на минуту.

- Новости расходятся? - криво усмехнулся глава Шангаса.

- Да, мой господин.

- С нашими комментариями?

- Да, мой господин.

- Это хорошо. Это - хорошо.

Хёгу-шангер умолк, перебирая варианты событий ближайших дней.

Ни один не был приятным.

Звонок мурлыкнул вторично. На панели стола мелькнул алый огонек.

- Это он, - мельком глянув на стол, произнес Чженси. - Поговорим втроем.

На экране возникло еще одно лицо.

Оно принадлежало темноволосому мальчику едва ли тринадцати лет. Хрупкий и невысокий, он держался с достоинством, а на плечах у него висел короткий белый плащ - символ властного достоинства Танцоров.

На щеках мальчика виднелись глубокие ритуальные надрезы. Кровь темными каплями стекала со щек и падала на плащ, расплываясь красными пятнами.

Алое на белом.

Как благородно.

Чженси и Киримэ переглянулись.

Война!

Как опасно.

- Хёгу-шангер Шангаса приветствует Вас, Великий Генту, - поклонился Чженси.

- Великий Генту приветствует Вас, Хёгу-шангер - дважды, как молодой старшему, поклонился мальчик.