- Боюсь, что мне это не нравится. Ты слишком хорошо умеешь меня читать.

- Извини, постараюсь смирить свою интуицию.

- Не трудись. Интуиция - это одна из вещей, которые так долго сохраняют тебе жизнь.

- Это у тебя шуточки насчет женской интуиции?

- Нет. Это я хочу сказать, что ты действуешь от живота, от эмоции, а не от головы. Это и сила твоя, и слабость.

- Слишком мягкосердечна?

- Бывает. А бывает, ты внутри такая же мертвая, как я.

Услышав от него такую характеристику, я почти испугалась. Даже не того, что он включил меня в свою компанию, а того, что он знает: в нем что-то умерло.

- И ты никогда не тоскуешь по утраченному? - спросила я. За всю историю нашего общения этот мой вопрос был наиболее близок к тому, что можно назвать личным.

- Нет. А ты?

Я на минуту задумалась, хотела было автоматически произнести "а я - да", но остановилась. Между нами всегда должна быть правда.

- Думаю, что и я нет.

Он издал какой-то тихий звук, почти что смех.

- Вот это наша девушка!

Я была и польщена, и как-то непонятно разозлилась, что он назвал меня "наша девушка". Когда не знаешь, как себя вести, займись работой.

- Что там за монстр, Эдуард? - спросила я.

- Понятия не имею.

Вот тут я запнулась. Эдуард за противоестественными негодяями охотится дольше меня. Он знает монстров почти так же хорошо, как я, и мотается по всему свету, убивая их, а потому на собственном опыте знает то, о чем я только читала.

- Что значит - понятия не имеешь?

- Я никогда не видел, чтобы кто-то или что-то убивало таким образом, Анита.

Никогда раньше я не слышала этого глубоко скрытого чувства - страха. Эдуард, которого вампы и оборотни прозвали Смерть, боялся. Очень плохой признак.

- Эдуард, ты потрясен. Это на тебя не похоже.