— Не в рабство?.. — растерялся Конан. — Но тогда кому и зачем?..

— Ты слышал когда-нибудь об острове Заремоо? — спросил хауранец.

Конан наморщил лоб, вспоминая.

— Да… что-то такое слыхал. Кажется, это в северной части моря Вилайет. Помню, рассказывали о нем что-то забавное… или страшное? Но вот что именно — хоть убей!

— Возможно, это к лучшему, что ты не помнишь, — заметил Чеймо. — Тогда все, что с тобой произойдет в этом забавном или страшном месте, окажется сюрпризом. Могу заверить лишь в одном: будет не скучно.

Хауранец поднялся на ноги и неспешно двинулся прочь.

— Нельзя надолго оставлять руль, — бросил он, обернувшись, напарнику. — В этих местах ветер то и дело меняет направление, и сбиться с курса проще простого. Если хочешь, можешь поболтать еще с ним, но только держи себя все время в руках и помни про синяки и царапины.

— Почему на моей шкуре не должно быть ни одной царапины? — спросил Конан у оставшегося в шаге от люка офирца, не надеясь, впрочем, на вразумительный ответ.

— А Нергал его знает! — пожал плечами тот. — Я на этом самом Заремоо никогда не был. Это Чеймо там довелось побывать, вот его и расспрашивай! Знаю только, что этот ихний бог должен быть высоким, молодым и мясистым — вот как раз как ты! И без единой царапины. За такого они отвалят нам кучу золота. Такую кучу, какую в шайке Карелы я не заработаю и за пять лет. Понимаешь теперь, отчего мы с Чеймо подхватили тебя вчера под ручки, когда выходили из кабачка? Ты здорово надрался, как будто специально решил нам помочь. Было совсем несложно погладить тебя в темноте дубинкой!

— Сядь! — неожиданно велел ему киммериец.

— Чего-чего?!

— Я говорю: сядь! Мне неудобно разговаривать с тобой. Приходится высоко задирать подбородок.

Елгу расхохотался с неприкрытым злорадством. Положительно, он пребывал в самом радужном состоянии духа, и чуть ли не все вокруг вызывало в нем приступы жеребячьего смеха.