Агис Астикла остановил свое верховое животное и стряхнул песок с воспаленных глаз. Ясно, что зрение обмануло его. Сильный ветер постоянно дул на Полуострове Бали-кан, его горячее дыхание несло длинные клочья ила из южной дельты Илового Моря. Чтобы сделать дела еще хуже, уже час, как над каменистой, бесплодной местностью спустились сумерки, укутав дорогу впереди в пурпурные тени и наполовину похоронив в сугробах темно-фиолетовой пыли.

Немного впереди скалистый горный кряж становился стеной из черного камня. Она простиралась на много миль в обеих направлениях, поднимаясь так высоко, что Агис должен был вытягивать шею чтобы увидеть звезды, мерцающие над вершиной. К его облегчению караванная тропа не карабкалась по крутым горным тропам, а проходила узким каньоном, прорезанном прямо через серце утеса.

Но в самом центре пути расположился огромный валун, закрывая проход. По форме он напоминал сидящего человека, но был больше, чем сторожевой домик у ворот при входе в поместье Агиса. Летучие мыши вились высоко над верхушкой монолита, их силуэты то появлялись, то исчезали на фоне укутанных туманом лун, а стая золотистых песчаных чаек уселась на одном плече, их формы были размыты расстоянием и летящим илом. Аристократ однако смог разглядеть двух огромных самцов, дерущихся рапиро-подобными клювами.

Пока Агис смотрел на них, соревнование перешло в настоящую битву. Обозленные птицы взлетели в воздух, дерясь клювами и лапами. Чайка побольше ударила телом по врагу и без отдыха била его до тех пор, пока птица не упала на вершину утеса над их ночлегом.