От созерцания работы ветра оторвал Луку наряд службы свободного времени: четверо молодых людей в хорошо отутюженных костюмах отделились от одной из колонн и направились в его сторону, неслышно ступая мягкими подошвами по асфальту. Заметив их еще издалека, Лука сразу же почувствовал усталость. Заболели разбитые губы. За нижней, у основания зубов, образовалась ранка. Верхнюю уже покрыла корочка коросты. Лука скусил ее и слизнул выступившую капельку крови. И подумал, что зря потратился на этого глупого, осторожного человека, следователя, смертельно устал и до чертиков хочет спать. Ничего не понял проклятый лейтенант, и эти элегантные мальчики наверняка от него!

Мальчики подошли в тот момент, когда Лука, полузакрыв глаза, как приговоренный стоял у стены.

— Салют Швободе! — поприветствовали они его.

— Салют! — машинально ответил Лука и вспомнил, что за этим обычным приветствием, вообще говоря, скрывается утраченный смысл: Швобода — так звали скончавшегося недавно старого президента района. С его кончиной смысл приветствия утратился, следовательно, осталась только голая механика артикуляции: салют и салют. Просто на это привыкли не обращать внимания.

— Что-то вы, папаша, сегодня поздновато встали?.. Нет? — голоса молодых людей были приветливы и бесцветны.

Лука пожал плечами: ничего стоящего на ум не приходило.

— Вас проводить? — осведомился один из четверки.

— Куда?

— Как обычно, к месту работы.

Лука и тут не нашел, что ответить. Молодые люди начали совещаться, прозвучало знакомое слово “психичка”.

— Я только что из Управления, — признался Лука. В голове у него вертелась одна и та же мысль: “Настучал следователь, даже дня не дал!”.

— Это ничего не меняет, — равнодушным голосом заключил один из парней. — Ваша первая работа?