– Знаю, – отмахнулась Фёкла. – Не могли они тебе сказать. Боялись, что ты ко мне знакомиться полезешь.

– А почему бы и нет? – поразилась Кира. – Ведь мы же сестры! По матери! В одном животике выросли. Родная кровь!

– Да все дело в моем папаше было, – неохотно произнесла Фёкла. – Вот уж кто бешеным был, чтобы ему провалиться в самое пекло! Мать нашу допек, что она сбежала. Меня себе отсудил. И все ей грозил, что коли она возле меня хоть разок появиться вздумает, так он и ее, и тебя, и бабушку пришибет.

– И мог?

– Мог, – заверила Фёкла. – Он по молодости за убийство сидел. Да и жену свою вторую, хоть и не доказано это было, тоже убил.

– Как же так?

– А так! Ну, на следствии-то дело так представили, будто бы она сама из окна выбросилась. А дверь, дескать, в квартиру изнутри закрыта была. Только я знаю, замок у нас хитрый был. Его, если умеючи, и снаружи можно было так прикрыть, чтобы казалось, будто человек изнутри закрылся.

– И что, никто об этом следователю не рассказал?

– Да ты что? – искренне удивилась Фёкла. – Кому же с моим батей связываться хотелось? Он ведь и через десять лет отомстить бы мог. Вернулся бы с отсидки да глаз бы тому человеку на одно место натянул.

– Ой! – тихонько вскрикнула Кира. – А он… твой отец… он теперь точно умер?

– Не боись! – авторитетно заявила старшая сестра. – Покойник! Сама в землю зарывала.

– А умер он как? – насторожилась Кира.

Может быть, сейчас сестрица признается в том, что она отцеубийца? Но нет, не похоже.

– В избе он сгорел, – спокойно объяснила ей Фёкла. – Напился в стельку, сигарету в ветошь уронил да и сгорел вместе с домом. А как жаль. Хороший такой был!