- Нет, - ответил я, - со мной всё хорошо.

- Нино, не звони нам. Ты же знаешь, нельзя идти против закона. Отец тоже подписал эту ужасную бумагу... Мы решили записаться на Прием к администратору города, подать жалобу...

- Меня больше никто не разыскивал?

Задал я этот вопрос непринужденным тоном. Втайне надеясь, что заходила Помела, хотя, конечно, я понимал, это невозможно.

- Нет. Никто из твоих друзей не появлялся. Утром встретила во дворе Кима Жове, он сделал вид, что не заметил меня. Так обидно!

- Ничего, - стал утешать я маму, - всё перемелется.

Мы еще немного поговорили, я убеждал её, что со мной ничего не случится, и тут услышал вдалеке раскатистый человеческий голос.

Быстро попрощался и выключил передатчик.

Голос приближался, я догадался - говорят с медленно подлетающего аэролёта.

Метрах в пятнадцати росли кусты, я подхватил блок за щупальца и поволок к ним.

Крупные капли окатили с головы до ног. Аэролёт показался над верхушками сосен.

Сквозь листья было видно лицо пилота и ещё одного человека, который, открыв дверь, сидел на полу, свесив ноги вниз.

- Нино Мискевич, - говорил он, - мы знаем, ты здесь! Голос, усиленный мегафоном, разливался по лесу, и показалось, что они увидели меня, скрываться бесполезно и нужно выходить, чтобы не продолжать глупую игру в прятки. Но я плотнее прижался к кустам, не решаясь раздвигать ветви и смотреть сквозь них.

- Нино Мискевич, тебе не сделают ничего плохого, - уговаривал человечек с аэролёта. - Ты зря испугался. Не получавшие квалификационного балла попадают в школу.

Там им подбирают занятие, которое их устроит. После этого они проходят квалификацию ещё. И обязательно получают профессию! Не бойся, выходи!.. Мы не сделаем тебе ничего плохого. Подумай, набери на передатчике код, мы вышлем за тобой машину.