А здесь — свободный вечер. Неплохо было бы заодно где-нибудь перекусить, чтобы дома с едой уже не затеваться.

Когда было время, Максим любил посидеть в открывшемся в прошлом году кафе, что находилось по дороге от службы до дома. Слишком уж располагающей была его атмосфера. Туда он и направился, решив совместить поздний обед или же ранний ужин с размышлениями о предстоящем отдыхе.

Приглянувшееся Максиму кафе было оформлено во входящем в последнее время в моду стиле ретро: За стойкой стоял настоящий живой бармен в жилетке и расписной рубахе; в высоких кожаных сапогах, начищенных до зеркально блеска; с часами на цепочке, опущенными в нагрудный карман. Позерство, конечно, но впечатляет. И клиентов привлекает опять же. Зал тоже был оформлен в стиле девятнадцатого века. Освещение эмитировало свечи, а мебель была задрапирована под дерево. Веяния моды.

Посетителей, впрочем, было немного. Для обеда — слишком поздно, для ужина — напротив, рано. За дальним столиком болтали двое студентов, да худощавый мужчина средних лет сидел у окна. Мужчина с увлечением рассматривал огромного котяру, вольготно развалившегося на барной стойке. Кот, действительно, был шикарный. Точнее, не кот, а КОТ. Если бы у кошачьих было дворянство, этот кот, конечно же, был бы дворянином, причем, весьма знатным. Такие слова, как «кыш» или «брысь», по отношению к нему были просто неуместны, разве что — «извольте подвинуться».

— Шикарный котяра, не правда ли? — сказал Максим, присаживаясь за столик к худощавому.

— Вы любите животных? — отозвался посетитель с легким необычным акцентом.