– Идти на поклон к тем, кто привел нас на грань гибели! – безжалостно напоминаю я ему.

– Ты не знаешь этого наверное…

– Ба! Да все факты, которые нам известны, указывают на Кэйрн Некрос! Да, я полагаю, мы обнаружим этот народ живущим в благополучии и довольстве. Почему? Да потому, что они крали у нас нашу жизнь!

– Тогда почему же ты предложил идти к ним? – Эдмунд явно теряет терпение.

– Или ты хочешь войны? Так, да?

– Вы знаете, чего я хочу, Эдмунд, – мягко отвечаю я. С запозданием принц осознает, что ступил на запретную тропу.

– Выступаем, как только окончим сборы, – холодно говорит он. – Мне еще нужно уладить кое-какие вопросы – как и тебе, некромант. Наших мертвых нужно подготовить к путешествию.

Он разворачивается, намереваясь покинуть комнату, но я удерживаю его за рукав мехового одеяния.

– Врата Смерти! – говорю я. – Подумайте об этом, мой принц. Это все, о чем я прошу вас. Подумайте об этом!

Он останавливается, но не оборачивается. Я крепче сжимаю руку молодого человека, чувствуя сквозь меха и ткань твердые бугры мускулов. Чувствуя дрожь Эдмунда.

– Вспомните слова пророчества. Врата Смерти – наша надежда, Эдмунд, – тихо говорю я. – Наша единственная надежда.

Принц качает головой, потом высвобождает руку и покидает библиотеку, оставляя за спиной ряды книг, озаренные неверным светом единственной лампы.

Я возвращаюсь к моим записям.

Люди Кэйрн Телест собрались во мраке у ворот своего города – у ворот, которые никогда не закрывались, судя по летописным записям, а записи эти ведутся со времени основания города. Городские стены были возведены для того, чтобы защитить людей от нападения хищных животных. Никто никогда не думал о том, чтобы защищать людей от людей. Такое для нас просто немыслимо. Путешественникам и гостям в городе всегда рады, а потому ворота распахнуты настежь.