– Ведь правда! – Милава вспомнила слова пастуха. – Да как я к ней подойду? Она ведь учует меня!
– А как же Говорка не чует? Видала – на нем рубаха невышитая, оберегов никаких – он для нечисти что пустое место! Вот и ты надень рубаху невышитую, оберегов не бери с собой – они и тебя не учуют!
Милава помолчала, обдумывая слова младшего брата. Они стояли на коленях среди земляничных кустов, где все ягоды уже были выбраны, и только для вида шарили под примятыми резными листьями.
– Страшно! – прошептала наконец Милава. – Как же без оберегов да в лес – ешь меня кто хочет.
– Знамо дело! – невозмутимо согласился Вострец. – Да Говорка уж сколько лет не едят.
– Говорка уж сколько лет как съели! Что он там наболтал – у него же в голове смеркается рано, рассветает кое-как! Он и сам не знает, что несет, а я с его болтовни пропаду!
Вострец сел на землю, прикусил травинку и досадливо вздохнул. Почему ему всего четырнадцать лет, а не семнадцать хотя бы! Вот и объясняй, уговаривай – сам давно бы все сделал!
– Говорок-то безумный, да о лесных делах лучше него никто правды не знает! – взяв себя в руки, снова принялся убеждать сестру Вострец. – Получше всех умных! Умные вон слезы льют да ягодки шарят. А Брезя пропадать бросили. Хочешь, чтобы и он как Говорок стал? Я бы сам…
– Нет! – испуганно воскликнула Милава. – Тебе совсем нельзя! С тобой точно как с Брезем будет! Я… Может, я сумею…