- Привет, милый! - ответила Карин, отпуская сына и поворачиваясь к гостям. Двигалась она легко и грациозно, словно балерина, а не финансист. Смахнув тонкой кистью с носа очки для чтения и вытащив другой рукой из волос небольшой гребешок красного дерева, мать встряхнула длинными золотистыми прядями. - Я Карин Торсен, - произнесла она, протягивая руку Йену, и тот удержал ее пальцы на полмгновения дольше, чем следовало. Торри и забыл, насколько мать хорошо выглядит - для своего возраста, конечно.

Ему не очень-то понравились взгляды, которыми смерили друг друга обе женщины: мать настороженно улыбнулась, Мэгги ревниво покосилась на Торри, стоявшего рядом с матерью.

Чувствуя себя неловко, молодой человек настороженно улыбнулся и сделал маленький шажок по направлению к Мэгги.

- Мам, познакомься с Мэгги.

Мать широко улыбнулась.

- Очень рада видеть тебя здесь, Мэгги, - произнесла она голосом, в котором лишь чуть-чуть недоставало теплоты. - Мы много о тебе слышали. Карин снова повернулась к Торри. - Я не думала, что вы появитесь так рано, а то бы закончила работу. Я ждала вас ближе к закату.

- Мы поймали попутный ветер, - ответил Торри.

Мать так до сих пор и не научилась подобающе вести себя на людях: Торри давно отказался от попыток объяснить ей, что сына не следует распекать в присутствии его друзей.

- Отец и Осия сейчас у Хансенов, чинят трактор Свена. По идее должны вернуться после ленча, но ты же знаешь, как они оба любят жареных цыплят Сэнди. Наверняка будут обгладывать косточки, пока не решат, что ты уже приехал. - Мать на мгновение нахмурилась.