- Ладно, мир, - сказал Йен. - Я не хотел тебя обижать. Но все равно, вы оба одинаковые. Да-да, ты такая же, Мэгги. Живешь себе своей жизнью, учишься, но как только поворачиваешь свою машину...

- У меня нет машины, - вставила Мэгги.

- ...как только поворачиваешь свой нос к дому, ты сразу превращаешься в малышку Бака и Марты.

- Моих родителей зовут Альберт и Рэйчел.

- ...в малышку Альберта и Рэйчел. Держишь спинку прямо, как следует моешь шею... - Йен поскреб горло в том месте, где его зачаточная бородка уходила под воротник. - Бьюсь об заклад, что ты даже сама заправляешь постель.

Мэгги приподняла бровь.

- А ты нет?

Нет, Йен не заправлял свою постель. Когда Мэгги оставалась у Торри, а Йен ночевал на полу у святых братьев в Сент-Рок, Торри сам заправлял его постель, чтобы комната выглядела приличнее.

Йен пожал плечами.

- Если честно - нет. Какой смысл заправлять постель, если через шестнадцать часов снова собираешься лечь спать?

- Ну?

- Так какой в этом смысл, Марианна?

- Ни малейшего, - холодно отвечала та, нахмурившись. По каким-то причинам Мэгги ненавидела свое имя и не любила никакие сокращения от него. Если Йен за что-то злился на нее, он забывал об этом. Что, в свою очередь, злило Мэгги.

Все это не особенно беспокоило Торри. Они с Мэгги только примеривались друг к другу, и Торри не нуждался во вмешательстве Йена. Не то чтобы Йен стал вмешиваться целенаправленно. Постоянная девушка слишком сильно отвлекала бы его от работы и занятий, и хотя Торри сомневался, что Йен очень серьезно относится к учебе, тот занимался с еще большей энергией и напористостью, нежели тратил на фехтовальной дорожке.

Йен наконец соизволил извиниться:

- Прости, я хотел спросить "Так какой в этом смысл, Мэгги?". Так лучше?

- Конечно. - Девушка перестала хмуриться и искренне улыбнулась. - Но смысла все равно никакого нет. Совершенно никакого, кроме желания навести порядок, чтобы вещи выглядели аккуратно. Вот почему я заправляю постель.