За три месяца, что длилось исследование планеты, на восточном побережье самого крупного материка выросла временная база. Маленькие круглые домики, похожие на снежные иглу северных народов, расположили прямо на берегу теплого океана. Золотистый песок начинался буквально за порогом жилищ, укрытых в тени местных древовидных папоротников. Не удивительно, что все свободные от вахты члены экипажа буквально рвались вниз! За полтора года начнет тошнить от любых стен, даже если обстановка тщательно продумана лучшими дизайнерами и психологами Корпуса. Так что на «Ихневмоне» оставался «отбывать наказание» минимально возможный экипаж. Двадцати человек вполне достаточно, чтобы поддерживать жизнь на огромном, шестисотметровом левиафане. И смены эти меняли каждый месяц, благо на планете тоже хватало работы — каталогизировать формы жизни, исследовать микрофлору, рассылать во все стороны исследовательские партии. Работа кипела.

«Ихневмон» был гражданским судном, но даже военный разведчик не сумел бы вовремя заметить острожное облучение сканирующим радаром. Вахтенные, расслабленные долгими, полными безделья дежурствами, больше заботились о собственном досуге, нежели о тщательном слежении за внешним космосом. Да и кого они могли тут обнаружить? Так что когда приемная антенна корабля все же уловила постороннее излучение, для всех, кто в тот момент был на борту, это стало большой неожиданностью.

Костас Скаардос, вахтенный пилот, расслабленно дремал в ложементе под убаюкивающий писк приборов, когда женский голос бортового компьютера выбросил его в реальность затененной рубки.

— Фиксирую постороннее излучение. Предположение: сканирующий радар.

Костас чертыхнулся. Прокувыркавшись до утра с миловидной Ветой, своей космической женой, второго пилот очень надеялся отоспаться на вахте.

— Комп, кто там еще? — Он раздраженно потер кулаками красные от недосыпания глаза.

— Излучение исходит от приближающегося объекта. Тип космического корабля не установлен. На опознавательный запрос не отвечает.