— Опомнился, — вздохнула Алиса. — Что же ты там такое прочитал?
— Этого тебе пока что лучше не знать, — ответил Кельнмиир, даже не обратив внимания на то, что вампирша без разрешения перешла на «ты». — Ты узнаешь об этом позже…
Они тихо вышли из библиотеки, и Алиса повела Кельнмиира по коридорам к выходу на поверхность.
— Мне нужно попасть на принятие, — напомнила вампирша.
— Ты попадешь на принятие, — спокойно ответил Кельнмиир. — И ты поступишь в Академию.
— Надеюсь, — вздохнула Алиса.
«Ты обязательно поступишь в Академию, — повторил про себя Кельнмиир. — А я тебе в этом помогу в обмен на небольшую услугу…»
Действие 1
Эта ночь была очень странной. Мне снилось одно и то же сновидение, раз за разом, до самого утра.
Странный узкоглазый человек в белой одежде, напоминающей ливрею Ремесленников, очень долго, будто целую вечность, смотрит мне в глаза. Он видит меня насквозь… видит мое прошлое, мое будущее…
Неожиданно я понимаю, что сейчас он смотрит именно в мое будущее, читает его, как обычную книгу…
— Знаешь, — наконец произносит он, — я бы на твоем месте сделал харакири…
— Зак!
— Да, тетя, уже иду!
Я в который раз посмотрел в зеркало. Ну, теперь уж точно готов.
Свои длинные темные волосы (так нравящиеся девушкам) я собрал сзади в хвост, костюм надел подобающий — золотой, музыкалу запихнул в один из множества карманов и прихватил пару муз своего сочинения. Так уж получилось, что я люблю слушать именно собственные произведения. Хотя порой мне кажется, что называть эти произведения своими — лицемерие. Можно ли считать музыку, приходящую к тебе во снах, своей? Не знаю… Если совершенно случайно встречу Ремесленника на сегодняшнем принятии и он соблаговолит меня выслушать, то я обязательно задам ему этот вопрос. Тогда хоть какая-то польза от сегодняшней прогулки будет. Хотя о какой прогулке идет речь, если мне придется весь день толкаться в очереди?