Интар сдержал слово, и его визиты стали ежедневными. Казалось бы, как можно занять слепого? Но Зариме оказался замечательным слушателем, причем он не только слушал, но и понимал. Далеко не сразу Интар понял, что его «приобретение» обладает острым умом и цепкой памятью. Вкупе с остальными своими качествами он мог быть опасен, хотя сам, похоже, не осознавал своей силы.

Помимо этого с Интаром Зариме оставался чрезвычайно кроток, а вот к остальным относился отстраненно, но страха не было ни к кому. А Интара продолжал волновать этот юноша, хотя, идя в эти комнаты, он старался утолить все виды жажды. Но тяга не проходила, и дело вовсе не облегчало то, как Зариме льнул к нему.

Однажды, когда они вдвоем устроились в гостиной Интара (Зариме очень любил садиться прямо перед камином, как можно ближе к огню), и он читал что-то вслух, сидя в кресле, Зариме положил голову ему на колени.

Еще толком не осознав этого, Интар запустил пальцы в огненную гриву, лаская, перебирая волосы. Но, осознав, тотчас отпрянул со словами:

– Тебе не стоит так делать!

– Почему? – недоуменно и, кажется, немного обижено.

– Я могу не справиться с собой и навредить тебе, – черт, ну почему же он так повернул голову, что взгляд сам соскальзывает на пульсирующую на шее жилку?

– Не думаю, что это возможно, – снова улыбка.

– Похоже, ты слишком самоуверенный мальчишка! – тут бы и оттолкнуть дерзкого, но рука просто не поднимается.

– Нет, просто гораздо выносливее, чем кажусь. Разве вам настолько неприятно мое присутствие?

– Дело не в этом.

– Как бы там ни было, я готов принять вас любым.