– Тебе не понравилось?

На это Интар лишь фыркнул, сгребая парня в охапку и целуя уж куда попал. Через минуту уже Зариме всхлипывал, стонал и выгибался под его настойчивыми руками и губами.

– Какой же ты отзывчивый! – довольно вздохнул Интар, поглаживая юношу по плечам и спине. – И зачем я так долго тебя избегал?

– Не знаю, – усмехнулся Зариме, наблюдая, как прямо на глазах исчезает засос возле ключицы. – Я изначально был не против. Мы же повязаны.

– Что?

– Я – твой.

– Мой, мой! Никому не отдам.

– Не отдавай.

Интар улыбнулся и укрыл юношу одеялом. Ведь тот такой теплолюбивый. Зариме благодарно потерся о плечо мужчины, не обнаружив ни малейшего признака щетины. Интар все-таки проверил и в других местах, вызывав смех юноши, и спросил:

– Почему ты весь такой гладкий?

– То есть?

– По-моему, у тебя совсем нет волос на теле, ни усов, ни бороды не растет.

– Это так, – согласно кивнул Зариме, словно в доказательство теснее прижимаясь к мужчине. – Мы все такие.

– Мы? Я думал, ты не помнишь своего народа.

– Просто мы рано расстаемся, почти не живем общинами, но всегда узнаем друг друга при встрече.

– Как же?

– Ну… мы же не такие, как другие, мы не люди. Просто чувствуем. Ты же ощущаешь себе подобных?

– Да. Это не трудно.

– Вот и мне не трудно.

– Понятно. А ты не хочешь отыскать себе подобных?

– Сейчас – нет.

– Хм… Это из-за того, что мы… У вас это запрещено?

– Нет, конечно. Это же неважно, особенно учитывая, что все мы… Нет, причина не в этом. Просто сейчас я принадлежу тебе, и мне не нужен никто другой.

Повисло молчание, во время которого Интар приобнял юношу, потом проговорил:

– Ты же знаешь, что я никогда не буду удерживать тебя силой?

– Да. Но я и не хочу никуда уходить.