– Согласен, – сказал я. – И можете не испепелять глазами товарища Зайцева, товарищ Свердлов. Все правильно. Десять процентов десанта на каждом корабле Федерации – это не роскошь, а необходимость.

20:38:01

– Итак, товарищи офицеры, думаю, окончательный план утвержден, – подвел итог Президент. – На время сражения Ставка верховного командования переносится на станцию «Космическая Заря». Когда станция прибудет на Лунную базу, вас известят. Всем быть на базе завтра в шестнадцать часов по московскому времени. Совет окончен. Прошу всех встать.

Мы поднялись, и грянули мощные звуки гимна Федерации. Этому гимну было больше тысячи лет. Он остался от старой, Российской Федерации. Музыка была та же, хотя слова несколько изменены.

– До свидания, товарищи офицеры, – сказал Президент, когда отзвучал гимн. – Наша сила в единстве! – Суворов произнес девиз армии Федерации.

– До конца вечности! – четко ответили мы. Это была своего рода клятва верности Родине и друг другу. Какими бы ни были личные отношения между нами, интересы Федерации ставились превыше всего.

Президент вышел. По уставу мы могли еще остаться и выяснить для себя детали плана, если существовала необходимость, но у меня были другие намерения. Я попрощался со всеми. Пожимая руку Зайцеву, я услышал, как он тихо произнес:

– Спасибо.

– Да не стоит. Дай волю Свердлову, он и техников в десант отправит.

– Все равно. Я твой должник. И учти: я всегда отдаю долги.

– Ладно, учту, – усмехнувшись, я похлопал его по плечу и вышел.

На крыше меня дожидалась моя машина. Обычный армейский четырехместный вездеход «Лань». Мельком я посмотрел на машины других командующих – спортивные с дублированными антигравитационными установками, специальные броневики, которые, было видно, изготовлены на заказ, коллекционные модели почти полутысячелетней давности. Не понимал я всей этой роскоши, наверное, потому, что, став маршалом, в душе оставался старшим сержантом. И суровую военную простоту предпочитаю всему остальному.