Васечка мало что осознал в сбивчивой речи Черепанова, но со своей стороны решил проследить, чтобы Черепанов обязательно стал интернетом. В кладовую рядом с подсобкой на неделе действительно должны были доставить компьютеры. Но вот сам класс у них с Кузминишной был еще не готов. Васечка проверил стенки, подбил полы, укрепил подоконники, прошпаклевал и покрасил двери, вставил в косяки металлические штыри и накладки, но ни оконные решетки, ни железные полотнища дверей Владимир Сергеевич в школу еще не привез. А из РОНО Наталию Ивановну требовали принять компьютерный класс немедленно, иначе угрожали передать другой школе. И почему-то все эти настойчивые требования передавались ей через физрука. Но это вообще-то было понятно, поскольку он был единственным, кроме Васечки, мужчиной в школе, и разгружать компьютеры со страшеклассниками предстояло ему. Но Пират докладывал Васечке, что физрук подолгу беседует с какими-то неприятными типами у большой заграничной машины, которая поджидала его в переулке возле школы. Почему-то Пират полагал, что речь там идет как раз о компьютерах, хотя ни он, ни Васечка компьютеров не видели ни разу.

Привезли компьютеры в среду под самый вечер, после группы продленного дня, поэтому выгружать заставили и Васечку. В рейсах к машине и до кладовой его сопровождал Пират, шерсть на нем стояла дыбом. Он подслушал телефонный разговор физрука, в котором были только слова Сегодня после двенадцати, и ничего хорошего для них не ждал.

Все ушли, а довольная Кузминишна позвала пить чай с ликером, который подарил ей физрук за ударный Васечкин труд. Васечка отказался, сказав, что у него очень голова бобо. Больше он говорить не мог, потому что у него действительно невыносимо болела голова от тяжкого предчувствия.