– - Чертей только толстым кошельком убедишь. Или стволом… Я на твоей стороне. Нужно -- помогу, нужно -- ночлег устрою. Ты ведь не только солнце почистить должен? -- догадался он. -- Ты и по планетам пройдешься?

– - За день успею, -- сказал Леонид. -- А вместе мы и до обеда управимся.

Но уже на третьей по счету крыше пришлось Леониду за красками бежать. Лиловый круг Венеры был оцарапан металлом гусениц… полозьев, -- поправил он себя. -- Это на настоящей планете бронетехника фырчит, а здесь у меня чудаки какие-то на санках катаются.

Нет, не похоже, -- решил он, приглядевшись. -- Смотри, следы какие! Глубокие, резкие, будто трамвай с рельс съехал… странные следы!

Вернувшись, он не обнаружил Кита. Ушел Кит.

Леонид старательно закрашивал последствия варварского вмешательства землян в дела Венеры. Планета на глазах исцелялась. "Звезда вечерняя, звезда желанная", мурлыкал он, "синяк под глазом да кожа дранная… ничего, подлечим тебя". Завершив труды, поднялся, колени отряхнул, взглянул на горизонты, на синий лес в северо-западной стороне -- и хорошо ему стало, светло и спокойно. Соседняя четырнадцатиэтажка, солнцем залитая, выблескивала окнами, подмигивая Леониду. А сверху, с невидимой крыши, усмехался дюжий малый по прозвищу Кит, и рядом с ним заливались смехом пацаны-огольцы: шпана и рвань, явные беспризорники, которых в последние годы все прибавлялось и прибавлялось в городе.

Детишки пытались возмущаться. Кит, мудрый воспитатель, средним пальцем дал хо-орошего щелбана заводиле по имени Гномик, и перевоспитанный отрок, неприязненно разглядывая отмытые до белизны руки, со вздохом взялся за борщ украинский. Раздатчица украдкой поглядывала на странную компанию. Ну и персонажи! Как бы солонку не сперли.

Пиво принесли с собой. Это не возбранялось. Кому пиво, кому обеденный ерш. Нет, ерш не рыба, ерш -- это коктейль по-русски. Не разбавляйте пиво водкой, господа, наливайте гуще!