– Мама, помнишь Бошира, того демона, который работает на очистке рома? Он...

– О да, демоны – такие милые существа, – ответила Самоцветик, издавая запах слегка разогретой серы. Такова была ее магия: ее настроения выражались запахами. – Особенно Борегар, работающий над своим научным трудом...

– ...который он начал писать еще до моего рождения. Да, он очень милый демон. Но Бошир – Бошир совсем другое дело. Он...

– Они никогда не причиняют мне хлопот, если нужно поместить в их пещерах драгоценные камни. Демоны – прекрасные соседи. – Запах серы усилился, заставляя морщить нос.

– По большей части да, мама...

Само собой, демоны не беспокоили Самоцветик: не будь ее, не было бы и драгоценных камней, а демоны всегда были падки на такие безделушки.

– Но этот не похож на других демонов. Он...

– Разумеется, дорогуша, все в чем-то друг на друга не похожи. Это-то и делает Ксанф таким интересным местом. – Теперь от нее пахло едва распустившимися оранжевыми розами.

– Возможно, «не похож» – не совсем то, что я имела в виду. Он приходит по ночам в мою комнату...

– О нет, он на это не способен! Это было бы неправильно.

Невозможность подобной мысли выразилась в запахе перезрелого плода сороканедужника. Даже недозрелые, такие плоды-пилюли неприятно пахли болезнью, а со временем эффект только усиливался.

– Но именно это он и сделал! Прошлой ночью...

– Тебе, должно быть, это приснилось, дорогая, – веско произнесла Самоцветик, и запах падали, подобный тому, который распространяет умеренно сытый дракон, показал, сколь отвратительным она считает такое предположение. – Эти кобылки-страшилки иногда привозят совершенно безответственные сны, впрочем, они тоже за это не в ответе.

Танди осознала, что мать вовсе не испытывает желания узнать правду. Самоцветик была нимфой и до сих пор, несмотря на тяжкий опыт, навязанный ей замужеством и материнством, сохраняла большинство черт, присущих этому роду существ. Она не способна была до конца понять зло. Для нее люди и прочие существа, включая демонов, были в большинстве своем добрыми соседями. И в самом деле, демоны вели себя вполне терпимо... до тех пор, пока Бошир не начал проявлять интерес к Танди.