— Да, но какой именно год? — спросил Лин, подняв бровь. — Мы в Поднебесной знаем два года. Есть крестьянский календарь, солнечный, с двадцатью четырьмя единицами измерения, и лунный, с тринадцатью лунными месяцами. В Мексике тоже существует несколько календарей.

Сяо вздохнул. Ему совсем не хотелось повторения вчерашнего спектакля, но, по-видимому, все начиналось заново.

— Лин Сюань…

— В Мексике принят солнечный календарь, согласно которому, как и у нас, в году имеется триста шестьдесят пять дней, — перебил его старик. — Представляете? Две культуры, такие разные, разделенные преградами истории и географии, мы отмеряем время одинаковыми промежутками. Но в Мексике солнечный год, в отличие от нашего, разделен на восемнадцать месяцев, каждый из которых состоит из двадцати дней, а оставшиеся пять называются «пустыми днями». Это недобрые дни, и в это время запрещены всякие работы и обряды.

— Это весьма интересно, — торопливо произнес Сяо, — но обратимся к насущным проблемам…

— И, подобно нам, они не довольствуются одной системой исчисления времени, — не обращая внимания на слова собеседника, говорил Лин. — Кроме солнечного года, существует еще второй год, состоящий из двухсот шестидесяти дней, и каждый такой год обозначается с помощью сложной системы из четырех знаков и тринадцати чисел.

— Наверное, — устало согласился Сяо.

— Но есть третий календарь, еще более обобщенный, чем эти два. В столице Мексики, Городе Каменного Кактуса,

— Вы побывали в столице Мексики? — спросил Сяо, наклонившись вперед и держа кисточку наготове над чистым листом бумаги.

— Да, — ответил старик со странным выражением в глазах, — мы, несколько человек во главе с капитаном Флота Сокровищ, много дней и недель путешествовали по материку, прежде чем попасть в сердце мексиканской империи. Их Город Каменного Кактуса так же велик и прекрасен, как сама Северная Столица, и сотни тысяч мужчин и женщин трудятся там во славу своего императора.